«НИКОГДА НЕ СДАЮСЬ, БЕРУ ДАЖЕ НЕОПЕРАБЕЛЬНЫХ БОЛЬНЫХ. А ВДРУГ?»

 
Дата публикации: 20.07.2018
Автор: Наталья Радулова
Год выпуска: 2018
Из газеты: ВЕСТНИК АЛЕКСАНДРО-НЕВСКОЙ ЛАВРЫ №1-2 2018
Тема статьи: Жизненный путь
1 - 1 из 2
Начало | Пред. |  1  2  |  След. |  Конец  | Все 

В этом году исполняется 91 год старейшему в России практикующему хирургу со стажем работы - 67 лет. 
Алла Ильинична Левушкина родилась в 1927 году в Рязани в семье лесничего. В детстве мечтала стать геологом, однако впоследствии под впечатлением от книги В. Вересаева «Записки врача», подкреплённым книгами других писателей-врачей, она решила поступать в медицинский институт. В 1944 году со второй попытки поступила во 2-й Московский медицинский институт им. Сталина (ныне Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н. И. Пирогова), на лечебный факультет. Училась у профессора с мировым именем Александра Николаевича Бакулева. Посещала кружок по хирургии знаменитого академика Бориса Васильевича Петровского. Работать начала в 1951 году. 
В 2014 году премьер Дмитрий Медведев вручил Алле Ильиничне награду Всероссийской премии «Призвание» в номинации «За верность профессии».

«В моем возрасте волноваться по такому поводу уже неприлично»,— вот что сказала Алла Левушкина, когда журналисты атаковали ее вопросами: «Взволнованы ли вы, узнав о присуждении вам самой престижной врачебной премии «Призвание»?».

А нервничала доктор из-за другого. «Сижу я на этой торжественной церемонии в Москве, смотрю — всем лауреатам вручают тяжеленную хрустальную статуэтку, плюс еще металлический диплом — для меня серьезный вес. Как бы, думаю, не уронить все это прямо на сцене и самой не грохнуться». Алла Ильинична оглянулась — кого о помощи попросить? Дмитрий Медведев по левую руку сидел, но к нему обращаться было неудобно, где это видано, чтобы премьера в носильщики вербовали? Повернулась направо, к каким-то мужчинам, зашептала: «Не могли бы вы вместе со мной на сцену подняться и помочь донести все эти штуки?»

 В итоге статуэтку, врученную Алле Ильи- ничне «За верность профессии», нес помощник председателя правительства Геннадий Они- щенко, бывший главный санитарный врач Рос- сии. А Левушкина в это время смущенно кланя- лась — лучшие врачи России, присутствующие в зале, встали, все до одного. «Так громко мне аплодировали, я даже растерялась. И за что?» Верность профессии Алла Ильинична хранит уже 67 лет. «Вообще-то я хотела стать геологом — нравится мне походная жизнь, сложности, пре- пятствия. Но потом прочла «Записки врача» Вересаева и решила поступать в медицинский — весьма романтическая барышня была. В 1945 году конкурс во Второй Московский медицин- ский институт имени Сталина был огромный, что еще больше меня подстегнуло. Мне говори- ли: «Ну куда ты лезешь, деревня», а я решила: рискну». О первых студенческих годах Левушкина отзывается коротко: «Голодали мы, вот и все». Студентам выдавали талоны на питание, но ка- кое там питание, суп — одна вода. 
  Зато раз в месяц учащимся мединститута полагалась бутылка спирта, и с этим спиртом все бежали на базар, на пол-литра можно было выменять буханку хлеба. «Выжили мы только благодаря тому, что пита- лись в общежитии вскладчину. Мои родители, хоть и сами недоедали, но немного картошки из нашей рязанской деревни присылали. Дру- гим студентам сало передавали, крупу. Так и держались. Помню, одной девочке привезли здоровенного леща. Это было что-то невероят- ное! Мы эту великолепную рыбину неделю ели, еще и суп сварили из обглоданных до блеска костей». Гораздо более охотно Алла Ильинична рассказывает о праздничных демонстрациях. «Это было так красиво, так весело. Мы шли мимо Мавзолея, кричали: «Сталин, посмотри на нас! Посмотри на нас!» — он стоял в простом кителе, слегка махал рукой, и каждый был уве- рен, что он действительно смотрит прямо на него. При этом все, конечно, знали про аресты. Брата моего отца посадили за анекдот. Не было семьи, где бы кто-то не пострадал от репрессий, но все равно почти в каждом доме висел пор- трет Сталина. Мы все понимали, но верили, что он не виноват в том, что происходит. Он ведь многого и не знал». Из института Левушкина вышла «уже опытная: делала аппендициты, грыжи». Самого первого своего пациента запомнила: трахеото- мию вместе с коллегой ему делали, а он как давай кашлять. «Кровь была даже на потолке. Ого, ду- маю, какую кровавую профессию я себе выбрала». В родной Рязани молодой хирург стала тру- диться в санитарной авиации. «Старым врачам не хотелось по области на вертолетах мотать- ся, меня посылали: «Дочка, давай, слетай». Так я 30 лет и летала, все на посылках, будто самая юная. Тогда пилотам давали специаль- ные значки за часы налета, и они шутили, что мне тоже пора такой значок выдать — шутка ли, столько часов в небе. Но мне эта работа нравилась. Раньше ведь в районных больни- цах оперировали,   а нас, областных хирургов, вызывали на самые сложные случаи. Было дело, даже в сарае грудную клетку зашивала: самострел в легкое, все вывалилось, транспор- тировать больного было невозможно. Ничего, выжил. А однажды нас в селе встречали волки — пилот не хотел приземляться, боялся: «Со- жрут ведь вас, доктор!» А я кричу: «Садись! Давай попробуем!» И ничего, обошлось, маши- на быстро подъехала, и я туда перескочила». Оперирует Алла Ильинична до сих пор — в поликлинике к ней очередь на осмотр, а в 11-й горбольнице Рязани у ординаторской очередь, все — к Левушкиной. «Больные меня просто одолевают. Все лезут на операцию именно ко мне. Почему? Спросите у них». Мы спра- шиваем. Нине, жительнице Рязани, сегодня предстоит операция: «Я хотела только к Алле Ильиничне. У нее такой опыт, ее так хвалят люди». Нина нервничает, ее даже потряхивает от ужаса. «Чего ты боишься? — 87-летний хи- рург склоняется над операционным столом.— Чего дрожишь? Тут на полчаса всего дел, сей- час заснешь, отдохнешь, проснешься уже без своей проблемы. Улыбайся!» Нине дают нар- коз, а к Алле Ильиничне подкатывают специ- альный стул на колесиках: «Карета подана!» «Вы назовите свою статью «Бабушка с огоньком»,— шутит ассистент хирурга Влади- мир Добрынин и потом серьезно добавляет: — Вы не смотрите, сколько Алле Ильиничне лет. Рука у нее по-прежнему крепкая. И делаем мы с ней по 150 операций в год. В этом и прошлом году смертность — нулевая». В проктологии показаниями к хирургическому вмешательству часто являются совсем уж запущенные случаи, нередко связанные с онкологией, и «нулевая смертность» — отличный показатель. Поэтому Левушкину на улицах узна- ют уже больше полувека, подходят: «Вы меня не помните, но у меня все хорошо, я живу», благодарят. «Многие меня целуют. Я малень- кая, ничего не стоит меня поцеловать, обнять.

1 - 1 из 2
Начало | Пред. |  1  2  |  След. |  Конец  | Все 

Количество показов :  1881
Дата публикации: 20.07.2018
Автор: Наталья Радулова
Год выпуска: 2018
Из газеты: ВЕСТНИК АЛЕКСАНДРО-НЕВСКОЙ ЛАВРЫ №1-2 2018
Тема статьи: Жизненный путь
Возврат к списку